04 декабря 2025
Художник по свету, создавший световое оформление более 300 музыкальных, драматических и кукольных спектаклей. Неоднократный номинант Национальной театральной премии «Золотая Маска» и ее лауреат в номинации «художник по свету». Его планы на новые постановки расписаны на год вперед. В преддверии премьеры музыкально-драматической саги «Офицеры» мы пообщались с Денисом Солнцевым.
Денис, как вы стали художником по свету?
Все началось с того, что в возрасте 17 лет я попал в Театр юношеского творчества Ленинградского Дворца пионеров, где была хорошая материальная база. Так как тогда профильного образования не было, можно сказать, свои университеты я проходил в нем. Мой первый шаг в качестве художника по свету был сделан именно там, в совместной постановке, созданной полностью студийцами Театра юношеского творчества.
Своей первой работой я очень гордился. После нее у меня не было к себе вопросов по выбору профессии. Помимо первого театрального опыта нас воспитывала удивительная свобода, которая царила в ТЮТе. Своими учителями считаю Андрея Мельника и Евгения Ганзбурга.
А где сейчас у нас учат на художников по свету?
Сейчас у нас в стране есть три места, где можно учиться на художника по свету. В Санкт-Петербурге это школа «Шоу Консалтинг». Ее открыли в 2013 году по инициативе генерального директора Студии «Шоу Консалтинг» Глеба Абаева, при участии художественного руководителя Студии, театрального художника Глеба Фильштинского и художника по свету, театрального педагога Евгения Ганзбурга. В Москве можно получить соответствующее образование в Высшей школе сценических искусств Константина Райкина и в Школе-студии МХАТ. Вот, пожалуй, и всё.
А вас приглашали преподавать?
Приглашали, но я пока не тренер и даже не играющий тренер. Возможно потом, в будущем. Сейчас мне интересно не учить, а самому заниматься творчеством.
Чем отличается работа художника по свету в театре от концертных и праздничных мероприятий?
Свет — он везде свет. Хотя отличия все же есть. На концерте используется более откровенное освещение, это больше шоу. А в театре перед тобой ставят определенную задачу и режиссер, и сценограф. Свет становится частью спектакля.
То есть свет в театре — это такой же артист? Или это дыхание сцены? А может что-то иное?
Как правило, это необходимое дополнение. Не столько артист или дыхание сцены, сколько еще одно действующее лицо, которое играет особую роль в спектакле.
А может ли свет заменить декорации на сцене?
Иногда может. Было в моей практике такое, когда режиссер во время постановочного процесса убирал часть декораций, говоря, что ему достаточно и света в определенных сценах.
Как создается световая партитура спектакля?
Она создается еще задолго до премьеры, на стадии обсуждения с режиссером и художником-сценографом. Они доносят до меня идеи, которые хотят воплотить в спектакле. Затем мы вместе решаем ряд вопросов, и только потом дается техническое задание театру.
Вы больше атмосферный художник по свету или графичный?
Я более атмосферный, нежели графичный. У меня есть спектакли с графичным светом, но их довольно мало. Я люблю делать атмосферу, я люблю, чтобы свет был психологическим, чтобы, помимо задачи подсветить артиста, он нес в себе смысл и воздействовал на зрителя.
В иерархии художников в театре художник по свету находится где? Его не воспринимают как просто осветителя?
У нас в стране, к сожалению, художника по свету все равно воспринимают, как осветителя. Не везде, но в большинстве случаев. Наверное это когда-нибудь изменится, но пока так.
А с чем это связано?
С разделением профессий, думаю. К примеру, в Европе и Америке художник по свету занимается исключительно художественной частью. Он говорит, что вот эту сцену нужно осветить именно таким образом и на таком оборудовании. А дальше уже технические специалисты предоставляют определенное оборудование под ту задачу, которую ставит художник по свету. То есть каждый занимается своим делом.
Вы, скорее, исполнитель чьих-то заказов или соучастник творческого процесса?
Я вседа стараюсь быть соучастником. Если ты не в команде, то нет никакого смысла что-то делать. В процессе создания конечного продукта, будь то спектакль или концертное шоу, все должны понимать и чувствовать друг друга, предлагая свои решения. Это командная работа.
В работе над «Офицерами» на что вы делали акцент? Может какие-то определенные световые решения или сложная художественная задача, которую вам надо было решить при помощи света?
Самая сложная художественная задача — это ощущение поезда. Когда мы предварительно разговаривали с Оксаной (режиссер Оксана Холева, — прим.*), она сразу предупредила, что декораций поезда не будет, но надо сделать так, чтобы зритель почувствовал, что он есть на сцене. Сделать это было очень сложно, но у нас все получилось, надеюсь, зритель оценит.
В остальном было проще, там все зависело от декораций и мизансцен. Я послушал музыку, уловил атмосферу. Получилось очень интересно.
С режиссером Оксаной Холевой вы работаете уже не в первый раз.
Да, несколько лет назад мы совместно работали над «Снегурочкой», это была очень интересная и сложная работа. С Оксаной мне очень комфортно. Мы с полуслова понимаем друг друга. Я предлагаю ей какие-то свои световые решения, и она соглашается. Или, наоборот, она мне говорит, что в той или иной сцене хочет по-другому, и я понимаю, что так, действительно, будет лучше. То есть без каких-то «против», только «за».
Когда меня пригласили ставить свет на «Офицеров» и сказали, что режиссером будет Оксана, я даже не раздумывал, сразу дал свое согласие, несмотря на плотный график.
А фильм «Офицеры» пересмотрели перед приездом?
Я его очень хорошо помню, но все равно пересмотрел. Культовое кино! И спектакль, уверен, тоже получится очень сильным.
Беседовала Татьяна Вербицкая
Фото предоставлено Денисом Солнцевым
В тексте использованы материалы с портала show-master.ru