МИНИСТЕРСТВО ПО КУЛЬТУРЕ И ТУРИЗМУ КАЛИНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ
Войти | Регистрация
Версия для слабовидящих 2019 Год театра в России

Алеко. Здесь всё срослось в единое трагическое действие

09 октября 2017

7 октября Музыкальный театр порадовал своих зрителей новой постановкой – оперой Сергея Рахманинова «Алеко» и кантатой «Иоанн Дамаскин».

Первое отделение было отдано опере, состоящей из одного акта, но полной таких страстей и переживаний, что продолжения и не требовалось. Многие были приятно удивлены наличием второго отделения, в котором замечательно прозвучала в исполнении хоров театра и молодёжной «Кириллицы» (под управлением М. Буковой) кантата для хора с оркестром С. Танеева.

Но вернёмся к опере. Поздравляем труппу и режиссёра Евгения Макаревича с прекрасной постановкой. Здесь всё срослось в единое трагическое действие, перенесшее зрителей во времена оные: и прекрасная игра актеров, и вокал артистов и хора, и исполнительское мастерство симфонического оркестра, и хореография, и декорации, и костюмы, и свет. Здесь всё совпало с видением персонажей композитором и либреттистом.

С первых мгновений зрители оказались среди шатров, возле костра, где беззаботно и жизнерадостно звучал хор «Как вольность весел наш ночлег». Ничего не предвещало беды. Только рассказ старого цыгана (Сергей Сельдяков), отца Земфиры, полный благородства и мудрой простоты, о любви к Мариуле, сбежавшей от него и маленькой дочери, раздражение Алеко (Евгений Кунгуров) и резкая отповедь Земфиры (Елена Артамонова), внесло грустную нотку в благодушный настрой собравшихся. Но нет места печали в кочевой жизни. Плавно поплыли в танце яркие, широкие юбки и шали, игриво зазвенели монисто и браслеты цыганок, ритмично застучали каблуки мужских сапог, понеслись в жарком порыве — неистово, страстно — цыгане. Браво танцовщикам и балетмейстеру-постановщику Оксане Холевой!

А дальше зазвучали знаменитые, исполняющиеся звёздами мировой оперной сцены песня Земфиры «Старый муж, грозный муж», каватина Алеко «Весь табор спит» и романс Молодого цыгана «Взгляни, под отдаленным сводом».

Ария «Старый муж, грозный муж» рисует образ молодой цыганки с сильным, своевольным и дерзким характером. Е. Артамонова сумела тонко и точно раскрыть замысел композитора и автора «Цыган». С большим чувством передала она переходы от иронического, насмешливого тона к бурным вспышкам ненависти и гнева. Её Земфира — нежная дочь и возлюбленная, ненавидящая насилие.

Каватина Алеко «Весь табор спит» — своеобразный ключ к пониманию всего, что происходит на сцене. Пушкинский герой эгоистичен и свободолюбив (совсем как Евгений Онегин), оперный – страдает от одиночества, ищет тепла, ласки, сердечности, но обманывается в своих надеждах. Он мягче, лиричнее, но готов на подлость и решительные шаги. Муки ревности доводят его до преступления. В спектакле арию исполнил Евгений Кунгуров. В дальнейшем будет петь Александр Дудницкий. Мне кажется, что с этой партией великолепно справился бы Сергей Сельдяков с его сantanto. Сколько мягкости и задушевности интонаций, благородства мелодических оборотов было вложено им в образ старого цыгана. Прекрасно созданный и сыгранный персонаж. Мне могут возразить, что эта партия написана для баритона. Но ведь первым исполнителем роли Алеко был Фёдор Шаляпин. Прекрасно звучит каватина и в исполнении Дмитрия Хворостовского.

Полноту жизни, красоту окружающей природы передал романс Молодого цыгана, выдержанный в характере серенады. Этот персонаж, что в поэме, что в опере, не имеет яркой индивидуальной окрашенности, но очень важен. Светлый порыв юного пылкого чувства подчёркивает мрачную страсть Алеко. Артём Паламарчук, солист «Геликон-опера», прекрасно справился с поставленной задачей. Далее эту роль будет исполнять Артём Хачиянц (видите, сколько замен будет в последующих спектаклях — это ли не повод придти послушать оперу ещё раз?)

Нельзя не отметить и виртуозную игру оркестра под руководством Аркадия Фельдмана, прекрасные декорации и освещение (художники-постановщики — заслуженные художники России, главные художники «Геликон-Опера» Татьяна Тулубьева и Игорь Нежный). Приведу только один пример: оркестровое интермеццо в середине оперы рисует поэтичную картину рассвета. Задник сцены и декорации не меняются на протяжении всего действия, но ощущения статичности нет — свет создаёт ощущение простора, подсказывает настроения героев, раздвигает временные рамки. Прекрасная работа! Таким же выразительным получилось и шествие артистов балета с зажженными свечами по полутёмному залу. Символично: уходят из жизни Земфира и Молодой цыган, счезает из жизни вольного народа и Алеко, обречённый на вечное изгнание — это ли не смерть моральная?

П.И. Чайковский высоко оценил дипломную работу 19-летнего Рахманинова. И попросил разрешения исполнять свою «Иоланту» в один вечер с «Алеко». Спору нет, кантата Танеева произведение выдающееся. Но, может быть, театру стоит подумать об «Иоланте»?

Н. Гора

Источник: day-off39.ru